Александр Скоробогатов (skorobogatov) wrote,
Александр Скоробогатов
skorobogatov

Categories:

О новой, еще толком не забытой старой, версии коммунизма



Жак Фреско стал одним из молодежных мемов (по крайней мере, так считает мой старший сын). Мемом он стал благодаря доведению коммунистической идеи до абсурда логического конца в контексте современного технологического прогресса. Несмотря на все достижения капиталистической цивилизации в искоренении бедности, он проклинал капитализм как корень всех зол, включая нищету и преступления.

Научно-популярный ютуб-канал GEO сделал документальный фильм об этом колоритном персонаже, в котором я поучаствовал в качестве эксперта. Приведу здесь несколько мыслей Фреско и мои комментарии.

Ж. Фреско: "Я еще во время Великой депрессии понял, что в будущем мы просто обязаны отказаться от денежной системы. Просто все мы привыкли к деньгам и уже не понимаем, что это и есть главный источник зла и почти всех людских пороков. Это деньги регулируют экономику, и одни страны, как США, богатеют, а другие нищают; это с помощью денег можно разорить страну, свергнуть правительство; это деньги провоцируют в нас конкуренцию, жадность, зависть и злобу; это из-за них в мире одни несчастья: преступления, войны, жажда наживы и обогащения."

Едва ли не большинство философских систем видят причину всех бед в природе человека, а не в общественных институтах, которые, напротив, позволяют людям сосуществовать друг с другом вопреки их склонности к взаимному пожиранию.

Как следует из экономической теории и простых фактов жизни, деньги суть институт, облегчающий обмен, и в отсутствие денег людям пришлось бы вступать в бартерные сделки. Учитывая громоздкость и чрезвычайную затратность последних, едва ли это сделало бы жизнь легче или богаче.

Некоторые, правда, возражают, что благодаря цифровым технологиям ныне бартер уже не тот, что прежде, и теперь с помощью мировой паутины можно эффективно свести потенциальные стороны обмена.

Но зачем городить весь этот огород, если с помощью денег даже в их самой архаичной форме та же самая задача решается несравнимо легче. Вдобавок, прогресс не обошел стороной и устройство этого института, и теперь деньги стали еще удобнее. Взять для сравнения мешки с золотом, которые в старые времена должны были брать с собой купцы в торговые путешествия, и нынешние банковские карты.

По словам нынешних сторонником Фреско, "отказ от денег не самоцель, а следствие. Их не будут отменять – они отойдут за ненадобностью с развитием достаточной сети высокоавтоматизированных самообеспечивающихся городов. Внутри этих городов вам не понадобятся деньги или какой либо их аналог. Единственной ценностью останутся человек, ресурсы и природа."

Речь идет о том, что, если людей обеспечить необходимым, люди перестанут нуждаться и деньги исчезнут. Это воззрение основано на крайне спорном допущении о верхней планке потребностей человека в виде физического выживания и определенного уровня комфорта.

Другой, куда более реалистичный, взгляд на человека предполагает безграничность его потребностей. Если обеспечить человека необходимым, он продолжает хотеть чего-то еще. Эти желания обычно связаны с положением в обществе, и у этого есть мерила. Это могут быть деньги, но, если их отменить, в качестве мерила будет использоваться что-то другое – должности, подписчики, цитирования. Все важное для человека обозначается и, по возможности, отчуждается и становится объектом обмена.

Фреско приводит аналогию с необитаемым островом: если вы окажетесь на острове с мешком денег, то они вам не помогут, потому что вам нужны на самом деле не деньги, а вода и еда.

Но, в отличие от Робинзона Крузо, мы живем в обществе, и большинство наших потребностей выполняют другие люди. От других мы получаем в зависимости от того, сколько дали сами, и у этого есть свои мерила, в том числе деньги. Хотя, если общество будет состоять из изолированных единиц без разделения труда и обмена, деньги не понадобятся, но и жизнь будет, как в Каменном веке.

Сторонники проекта критикуют капитализм за то, что в основе любой деятельности лежит желание получить прибыль вместо рационального использования ресурсов.

Этот подход не учитывает, что прибыль как цель не только и не столько отражает хищнический настрой капиталиста, сколько указывает, как именно рационально использовать ресурсы. При прочих равных, прибыль тем выше, чем выше цена и ниже затраты. Высокая цена указывает на неудовлетворенную общественную потребность, а низкие затраты – на правильный выбор технологии. Если предприниматель получил прибыль, значит он дает обществу как раз то, что ему нужно, и с использованием ресурсов, которые имеются у этого общества в относительном избытке.

Утверждается также, что рыночная экономик – это игра с нулевой суммой, а не взаимовыгодное сотрудничество.

На это можно возразить, что рыночная экономика основана на обмене, в который люди вступают добровольно. Если бы сделки приносили выгоду только одной из сторон, зачем второй стороне было бы в ней участвовать? Другое дело, что обмен может приносить неодинаковый выигрыш разным сторонам, что уже связано с разницей в объективно заданной переговорной силе сторон. Если работодатель остро нуждается в каком-то редком специалисте, тот может потребовать зарплату на уровне, едва оставляющем хозяину какую-либо прибыль от этой работы. И наоборот, единственный завод в моногороде может позволить себе установить зарплату на уровне простого выживания, потому что "вас много, а я один". В этих примерах мы видим неравное разделение выигрыша от торговли, но не игру с нулевой суммой.

Жак Фреско полагал, что автоматизация производств не является благом, потому что люди, которых заменяют машинами, теряют работу и общество беднеет.

Однако это воззрение не учитывает простой факт, что в течение двух столетий существования индустриальной цивилизации люди теряли работу благодаря прогрессу, но, вместо того чтобы беднеть, общество непрерывно богатело. Это объясняется тем, что прогресс повышает производительность, благодаря чему час работы сегодня приносит больше благ, чем вчера. Попутно те или иные навыки и профессии становятся не нужны, и их функции берут на себя более эффективные системы производства. С точки зрения дальнобойщика, прикипевшего к своей машине, это болезненно, но, с точки зрения общества как системы разделения труда, это означает высвобождение его рабочего времени для потенциально более полезных занятий, чем управление грузовиком.

Фреско также указывал на феномен запланированного устаревания, состоящий в том, что производители специально делают вещи низкого качества, чтобы потребители были вынуждены постоянно их менять.

Это присутствует в нашей жизни, но есть рациональное соображение, связанное с моральным устареванием. Люди нуждаются не только в вещах как таковых, но и в том, чтобы картинка менялась. Поэтому они сами хотят регулярно менять одежду, телефоны и машины. В развитой экономике эта потребность в разнообразии и новизне стала впервые систематически удовлетворяться. Поэтому автопроизводитель, зная, что владелец машины, через пять лет в любом случае захочет ее поменять, учитывает это желание при ее конструировании и уже не пытается ее сделать такой долговечной, как полвека назад.

В заключение отмечу, что хотя коммунистические идеи обычно рисуют сказочный мир, какого никогда не было и не будет, отчасти они связаны с успехами экономического развития и, подобно, научной фантастике, угадывают отдельные элементы лучшего будущего, но эта их сторона заслуживает отдельного поста.



Мой Телеграм-канал
Tags: плановая экономика, технологический прогресс, экономика истории, экономика развития
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 143 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →